Рассматривается мотив «оживающего» портрета в творчестве А. Грина. Изображения на полотнах в рассказах Грина не только приходят в движение, но и будто перемещаются в реальность героев, находя свое воплощение. Портреты проходят несколько «динамических» этапов: первоначально наблюдатель замечает особые черты живости лица, затем движение нарисованного персонажа, ощущает его присутствие или прикосновение, а после словно встречается с ним наяву или принимает на себя увиденный образ. Отмечается также наличие подобных сюжетов в новелле М. Кузмина «Дама в желтом тюрбане» и рассказе Н. Готорна «Пророческие портреты».
Варламов А. Н. Александр Грин. 2-е изд., испр. М.: Молодая гвардия, 2008.
Готорн Н. Пророческие портреты // Готорн Н. Новеллы М.; Л.: Худож. лит., 1965.
Грин А. С. Собр. соч.: В 6 т. М.: Правда, 1980.
Кобзев Н. А. О портрете в романах А. Грина // Вопросы русской литературы. Львов: Вища шк., 1975. Вып. 1 (25).
Козлова Е. А. Принципы художественного обобщения в прозе Грина: Дис. ... канд. филол. наук. Псков, 2004.
Лотман Ю. М. Об искусстве. СПб.: Искусство-СПБ, 1998.
Новелла серебряного века / Сост. и коммент. Т. Берегулевой-Дмитриевой. М.: Терра, 1994.
Сидельникова М. Л. Мотив «живой» картины: проблема витальности творения (по рассказам А. Грина «Фанданго» и М. Веллера «Все уладится») // Философия жизни в русской литературе XX–XXI веков: от жизнестроения к витальности: Моногр. Иркутск: Изд-во ИГУ, 2013.
Элиаде М. Девица Кристина. М.: Критерион, 2000.